Квалифицированные признаки убийства

Понятие квалифицирующих признаков и их роль в дифференциации уголовной ответственности за убийство

Квалифицированные признаки убийства

Эдуард Валерьевич Кабурнеев, кандидат юридических наук, помощник Генерального прокурора РФ.

Начиная с УК РСФСР 1922 г. наш законодатель уделяет большое внимание квалифицирующим обстоятельствам как одному из средств дифференциации уголовной ответственности. Эта тенденция проявилась и в УК РФ 1996 г.

, о чем могут свидетельствовать следующие данные: более половины преступлений, описанных в Особенной части УК РФ (65%), содержат около шестидесяти различных квалифицирующих признаков. Т.А.

Лесниевски-Костарева полагает, что действующий уголовный закон активнее использует квалифицирующие признаки для дифференциации уголовной ответственности, набор этих признаков стал криминологически более обоснован .

Однако рано еще говорить о создании единого комплексного института со своей концепцией и законодательным оформлением. Некоторые авторы вообще эти признаки не рассматривают в качестве средств дифференциации уголовной ответственности, в лучшем случае их упоминают при делении составов на простой, квалифицированный и привилегированный .

Лесниевски-Костарева Т.А. Дифференциация уголовной ответственности. Теория и законодательная практика. 2-е изд., перераб. и доп. М.: НОРМА, 2000. С. 229.
См., например: Мельникова Ю.Б. Дифференциация ответственности и индивидуализация наказания. М., 1983. С. 38, 67.

Квалифицирующие признаки отражают содержание типовой степени общественной опасности. В свою очередь, типовая степень общественной опасности учитывается законодателем при дифференциации преступлений (внутри вида) на простые, с отягчающими и со смягчающими обстоятельствами.

При решении вопроса о назначении наказания типизированная степень общественной опасности учитывается так же, как при установлении характера общественной опасности: через квалификацию содеянного, которая, в свою очередь, предопределяет выбор наказания.

Различие их состоит в том, что, определив характер опасности, суд устанавливает, к какому виду преступлений относятся те или иные деяния.

Установив типизированную степень общественной опасности, суд должен внутри данного вида преступления отнести его либо к простому, либо к квалифицированному, либо со смягчающими обстоятельствами. В этом заключается процесс квалификации общественно опасных деяний.

Юридическая природа отягчающих обстоятельств в уголовном праве различна.

Отягчающие обстоятельства, предусмотренные Общей частью УК РФ, влияют на определение конкретной степени общественной опасности преступления и личности преступника и, следовательно, на вид и размер наказания в рамках санкции, предусмотренной за тот или иной вид преступления.

Второй вид обстоятельств предусмотрен Особенной частью УК РФ. Эти обстоятельства включены в число обязательных признаков преступления, т.е. наряду с другими они составляют качественную характеристику преступления, описанного в статьях Особенной части УК РФ.

И те и другие обстоятельства, предусмотренные Общей и Особенной частями УК РФ, несмотря на различную их природу, имеют одинаковую направленность. Независимо от того, в какой части (Общей или Особенной) УК РФ содержатся эти обстоятельства, они призваны увеличить объем наказания.

В одном случае, когда указанные обстоятельства являются признаками какого-либо вида преступления, их наличие влияет на характер и размер ответственности опосредованно, через квалификацию содеянного. Отягчающие обстоятельства, предусмотренные в Общей части УК РФ, оказывают непосредственное влияние на увеличение объема ответственности, так как их обязаны учесть органы правосудия при решении вопроса об индивидуализации уголовного наказания.

В соответствии с ч. 2 ст. 63 УК РФ двойной учет отягчающих обстоятельств, предусмотренных Общей и Особенной частями УК РФ, недопустим. В качестве обоснования этого решения можно выдвинуть следующие основания.

Во-первых, невозможность двойного учета обусловлена единым назначением этих обстоятельств независимо от места их расположения в УК РФ. Поскольку это разновидности одного явления, они не могут применяться одновременно.

Во-вторых, в случае необходимости установления соотношения отягчающих обстоятельств, регламентированных в Общей и Особенной частях УК РФ, следует исходить из того, что мы имеем дело с разновидностью конкуренции уголовно-правовых норм, где ст.

63 УК РФ является общей, а статьи, предусматривающие ответственность за отдельные преступления с отягчающими признаками, – специальной нормой.

С учетом общепризнанного правила в теории квалификации при указанной конкуренции уголовно-правовых норм применению подлежит специальная норма .

Кудрявцев В.Н. Общая теория квалификации преступлений. М., 1972. С. 251; Малков В.П. Конкуренция уголовно-правовых норм и ее преодоление // Советское государство и право. 1975. N 3. С. 62.

По мнению Т.А. Лесниевски-Костаревой, основное качество квалифицирующих признаков состоит в отражении изменений типовой степени общественной опасности содеянного .

См.: Лесниевски-Костарева Т.А. Указ. соч. С. 230.

Э.Ф.

Побегайло, рассматривая проблемы дифференциации уголовной ответственности за тяжкие насильственные преступления, справедливо отмечает, что в процессе дифференциации законодатель учитывает типичные специфические признаки отдельных видов общественно опасных деяний и существенное изменение такими признаками уровня общественной опасности таких деяний . Вопреки сказанному В.В. Карлов утверждает, что критерием формирования квалифицированного состава преступления является дополнительный объект преступления. Однако данное положение срабатывает далеко не всегда. На примере убийства в этом можно убедиться, если обратиться к п. “д” ч. 2 ст. 105 УК РФ. В этом случае законодатель особую жестокость – способ убийства – относит к квалифицирующему признаку. В данном случае усиливается типизированная степень общественной опасности, хотя дополнительного объекта нет. Конечно, появление дополнительного объекта во многих случаях дает законодателю основание для выделения квалифицированного преступления, но данное обстоятельство может быть и основанием для выделения составного преступления, предназначение которого в значительной мере повысит ответственность. Это можно видеть на примере грабежа, разбоя и других составных преступлений.

Побегайло Э.Ф. Проблемы дифференциации уголовной ответственности за тяжкие насильственные преступления // Совершенствование правовых мер борьбы с преступностью. Владивосток, 1986. С. 24 – 25.

А.И. Свинкин к критериям отбора квалифицирующих признаков относит возросшую общественную опасность, сравнительную распространенность данного обстоятельства .

См.: Свинкин А.И. Оптимальное конструирование квалифицированных составов по признакам повторности и рецидива // Проблемы эффективности уголовного закона. Свердловск, 1975. С. 35 – 37; он же. Признаки личности преступника в роли квалифицирующих обстоятельств // Проблемы советского уголовного права и криминологии. Свердловск, 1973. С. 60 – 62.

Безусловно, одним из критериев, позволяющих отнести то или иное обстоятельство к квалифицирующим, следует признать его влияние на степень общественной опасности деяния. Еще И.Я.

Фойницкий отмечал значительность влияния квалифицирующего обстоятельства на содеянное и изменение вследствие этого природы последнего.

При этом проявляется “большая общественная опасность действий для гражданского общества и большая преступность воли виновного” .
См.: Фойницкий И.Я. Курс русского уголовного права. С. 39, 183, 311; Фойницкий И.Я. Уголовное уложение 22 марта 1903 г. с мотивами… С. 608. Замечания на проект Особенной части Уголовного уложения. Преступления против личности. С. 58.

Типизированная степень общественной опасности, которая должна быть отражена, в том числе в квалифицирующих признаках, должна в большей степени учитываться законодателем при дифференциации ответственности и формирования санкций за те или иные виды преступлений. В этом плане ч. 2 ст.

105 УК РФ нельзя признать образцом дифференциации ответственности. В ней все квалифицирующие признаки убийства как бы приравнены по степени общественной опасности, а в ст. 111 УК РФ по существу эти же квалифицирующие признаки причинения тяжкого вреда здоровью разбиты на два блока (ч. ч. 2 и 3).

Чем объяснить то, что умышленное причинение тяжкого вреда здоровью общеопасным способом, по найму, из хулиганских побуждений и т.д. предусмотрено ч. 2 ст. 111 УК РФ, а это же деяние, совершенное, например, в отношении двух или более лиц, – ч. 3 ст. 111 УК РФ, а в ст. 105 УК РФ те и другие обстоятельства предусмотрены в ч.

2? Этот факт позволяет говорить о том, что законодатель в одном случае различает их по степени типизированной общественной опасности, а в другом приравнивает. Трудно объяснить данное обстоятельство еще и потому, что преступление, предусмотренное ст. 111 УК РФ, чаще всего совершается с неопределенным умыслом.

Эти недостатки дифференциации были замечены еще на стадии обсуждения проекта УК РФ , но так и не были ликвидированы.

См., например: Малков В.П. Уголовный кодекс должен быть системой взаимосогласованных норм Общей и Особенной части, Конституции РФ и иных федеральных законов // Вопросы уголовной ответственности и ее дифференциации (в проекте Особенной части УК РФ). Ярославль, 1994. С. 48; Бородин С.В. О некоторых неотложных мерах борьбы с преступностью // Уголовное право: новые идеи. М., 1994. С. 64.

Представляется, что для устранения отмеченных недостатков есть два пути. Первый: одноименные признаки в преступлениях с единым родовым объектом должны регламентироваться более или менее единообразно, т.е., например, для разд.

VII УК РФ должны быть унифицированы квалифицирующие и особо квалифицирующие признаки преступлений. И второй путь – кардинальное решение этого вопроса на уровне категоризации преступлений. Для каждой категории преступлений (ст.

15 УК РФ) можно было бы предусмотреть свой блок квалифицирующих обстоятельств, из которого законодатель мог бы то или иное обстоятельство отнести к тому или иному виду преступлений.

Как уже отмечалось, критерием дифференциации должна быть распространенность того или иного обстоятельства, которое может быть отнесено к квалифицирующим признакам.

А.Н. Трайнин писал, что не имеет смысла закреплять в законе в качестве признака преступления единичные обстоятельства даже в случаях, если они существенно влияют на общественную опасность содеянного .

Квалифицирующие признаки приобретают статус признака преступления, они должны обладать определенной степенью абстрактности, отражать не единичное, а типичное, относительно распространенное явление.

Трайнин А.Н. Состав преступления по советскому уголовному праву. М., 1951. С. 88; Куринов Б.А. Научные основы квалификации преступлений. С. 38.

К квалифицирующим признакам можно отнести лишь те, которые характеризуют деяние или личность виновного либо одновременно и то, и другое. Такая классификация смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств была дана Н.С. Лейкиной и Л.Л. Кругликовым.

Эти обстоятельства должны проявиться в содеянном. Следует согласиться с В.Н. Кудрявцевым, Б.А.

Куриновым и другими авторами, что обстоятельства, относящиеся к характеристике только личности виновного, включая ее общественную опасность, и не проявляющиеся в деянии, не должны признаваться квалифицирующими . Они должны учитываться при индивидуализации наказания.

Учитывая данное обстоятельство, законодатель отказался от понятия “особо опасный рецидивист”, которое ранее в пятнадцати статьях УК РСФСР предусматривалось в качестве квалифицирующего признака.

См.: Лейкина Н.С. Личность преступника и уголовная ответственность. Л., 1968. С. 107; Кругликов Л.Л. Смягчающие и отягчающие обстоятельства в уголовном праве (вопросы теории). Воронеж, 1985. С. 30 – 31.
См.: Келина С.Г., Кудрявцев В.Н. Принципы советского уголовного права. С. 92, 93; Куринов Б.А. Повышение роли уголовного закона в предупреждении преступлений // Вестник МГУ. Сер. 11. Право. 1974. N 5. С. 35.
Обстоятельства, характеризующие преступника либо черты личности виновного, проявившиеся непосредственно в преступлении, могут свидетельствовать об изменении типизированной степени общественной опасности содеянного и, следовательно, признаваться квалифицирующими признаками. Именно эти обстоятельства являются также критерием дифференциации ответственности.

Такой подход к оценке данных обстоятельств не противоречит основе уголовного права – ответственности лишь за поступки, деяния и в пределах этого деяния.

В прошлом законодатель порой позволял относить обстоятельства, характеризующие личность виновного, к конструктивным либо к квалифицирующим признакам (например, признание лица особо опасным рецидивистом; невозможность применения мер общественного воздействия; лицо, уклоняющееся от общественно полезного труда; алкоголик или наркоман и т.д.).

Отказ от этих обстоятельств как конструктивных либо как квалифицирующих признаков в большей степени обеспечивает равенство граждан перед уголовным законом, обеспечивает возможность нести равную ответственность за содеянное.

В ч. 2 ст. 105 УК РФ содержится перечень квалифицирующих признаков, которые, как бы дополняя основное преступление, дают основания законодателю повысить уровень ответственности.

Выше были рассмотрены далеко не все признаки преступления, а лишь те, которые гипотетически и практически обусловливают наступление смерти потерпевшего. Квалифицирующие признаки (ч. 2 ст. 105 УК РФ) могут дополнять и дополняют те деяния, которые описаны в ч. 1 ст.

105 УК РФ. Лишь при наличии признаков “простого” убийства и признаков, описанных в ч. 2 ст. 105 УК РФ, можно говорить о квалифицированных видах убийства, учитывая, что квалифицирующие признаки, предусмотренные в ч. 2 ст.

105 УК РФ, аналогичны тем, которые предусмотрены в других статьях главы “Преступления против жизни и здоровья” и в других главах УК РФ.

Источник: https://WiseLawyer.ru/poleznoe/26062-ponyatie-kvalificiruyushhikh-priznakov-differenciacii-ugolovnoj-otvetstvennosti-ubijstvo

Квалификация убийств по ст.105 УК РФ

Квалифицированные признаки убийства

Оглавление

Введение

I. Общая характеристика убийства как преступления против жизни

1.1. Понятие и признаки убийства в российском уголовном праве

1.2. Виды убийств и их уголовно-правовая характеристика

II. Проблемы квалификации убийств

2.1. Проблемы квалификации простого убийства и отграничение его от смежных составов

2.2. Проблемы квалификации квалифицированных видов убийств

Заключение

Список используемых источников

Введение

Актуальность выпускной квалификационной работы обусловлена тем, что среди всех прав и свобод человека и гражданина, Конституция РФ ставит на первое место право на самое дорогое, что есть у человека, – право на жизнь.

Именно поэтому преступления, связанные с посягательством на жизнь человека отнесены законом к категории наиболее опасных уголовно наказуемых деяний, за совершение которых предусмотрена возможность назначения самых суровых видов наказаний из перечисленных в ст.

44 Уголовного кодекса РФ[1] (далее – УК РФ), вплоть до пожизненного лишения свободы и смертной казни.

Самое распространенное преступление против жизни – убийство. Согласно данным МВД России, убийство и покушение на убийство составляют около 3% от всех зарегистрированных тяжких и особо тяжких преступлений. При этом МВД РФ ежегодно констатирует снижение числа тяжких и особо тяжких преступлений, в том числе убийств[2].

Так, если в 2005 г. правоохранительными органами было зарегистрировано 30849 убийств и покушений на убийство, то в 2006 г. – 27462 аналогичных преступлений (-11%), в 2007 г. – 22227 преступлений (-19,1%), в 2008 г. – 20056 преступлений (-9,8%). В 2009 г. правоохранительными органами было зарегистрировано 17681 убийств и покушений на убийство (-11,8%), в 2010 г.

эта цифра составила 15563 преступлений (-12%). В 2011 г. всего было зарегистрировано 14305 убийств и покушений на убийство (-8,1%), из них раскрыто 11525 преступлений (из числа преступлений, дела и материалы о которых находились в производстве в отчетном периоде). В 2012 г. было зарегистрировано 13300 убийств, а в 2013 году было зарегистрировано 13900 убийств.

Однако, указанные цифры отражают только зарегистрированные преступления. Что касается незаявленных, сокрытых преступлений, то здесь эти цифры увеличиваются в разы[3].

Не случайно, что проблемам квалификации убийств, их уголовно-правовой оценке традиционно уделяется пристальное внимание. Так, огромный вклад в развитие  научного понимания убийства и практического применения норм об ответственности за убийство внесли Н.И. Загородников, А.А. Пионтковский, Э.Ф. Побегайло, Н.С. Таганцев, М.Д. Шаргородский и др.

Убийства, совершаемые с отягчающими обстоятельствами, неоднократно исследовались на монографическом уровне (Л.А. Андреева, М.И. Бажанов, С.В. Бородин, А.И. Бородулин, А.Н. Красиков, Л.Л. Кругликов, К.В. Маляев, Е.О. Маляева, С.Х. Нафиев,  А.Н. Попов, Т.А. Плаксина,  А.И. Стрельников и др.).

Есть также работы, посвященные проблемам отдельных квалифицированных видов убийств: убийства по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды либо кровной мести (А.Ф. Минекаева, Н.Г. Рахматуллина, В.В. Рудяк, Л.Г. Шнайдер), убийства по политическим мотивам (А.П. Данилов), убийства из хулиганских побуждений (А.В. Куделич, Н.А. Платошкин), по найму (А.В. Ежков), и др.

Не умаляя значимости указанных работ, стоит отметить, что большая часть из них основана на устаревших нормах Уголовного кодекса РФ[4], некоторые высказанные в них суждения требуют дополнительной проработки и уточнения. Так, в настоящее время в разработке нуждаются вопросы дифференциации ответственности за убийство при отягчающих обстоятельствах.

Еще большую актуальность проблема квалификации убийств приобретает в свете  динамичного изменения уголовного законодательства и нестабильности судебной практики применения ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Все вышеизложенное обусловило выбор темы исследования, структуру обозначенных в нем вопросов и схему их изложения.

Цель выпускной квалификационной работы заключается в том, чтобы проанализировать проблемы квалификации убийств по ст.105 УК РФ.

Достижение поставленной цели требует решения следующих задач:

– раскрыть понятие убийства и проанализировать его виды, закрепленные в действующем уголовном законодательстве;

– определить проблемы квалификации простых убийств и отграничения их от смежных составов;

– выявить проблемы квалификации квалифицированных убийств.

Объектом настоящего исследования являются критерии дифференциации ответственности за простые и квалифицированные виды убийств, критерии отграничения данных преступлений от смежных с ними, а также те общественные отношения (их структурные элементы), которые претерпевают ущерб в результате посягательства на жизнь.

Предметом исследования являются положения уголовного законодательства об ответственности за убийство и практика его применения.

Методологическая база исследования. В качестве основного метода исследования использован диалектический метод познания. Кроме того, при анализе предмета исследования применялись логический, системно-структурный, сравнительно-правовой, конкретно-социологический, гносеологический и другие методы.

Информационная база исследования: уголовное законодательство России, зарубежных стран, комментарии к УК РФ, постановления и разъяснения ВС РФ.

Теоретическую основу исследованиясоставили научные разработки и фундаментальные положения общей теории права, уголовного права, криминологии, юридической психологии, криминалистики.

Эмпирическая база исследования включает в себя материалы уголовных дел об убийствах; материалы судебной практики по конкретным уголовным делам судов иных субъектов РФ, с сайтов этих судов в Интернете; постановления Пленума Верховного Суда РФ по делам об убийствах и определения Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ, вынесенные по конкретным уголовным делам. Кроме того, в ВКР использованы статистические и иные материалы, опубликованные на сайте государственной статистики.

Наиболее известные авторы, которые ранее исследовавшие проблему квалификации убийств: Н.И. Загородников, А.А. Пионтковский, Э.Ф. Побегайло, Н.С. Таганцев, М.Д. Шаргородский.

1.1. Понятие и признаки убийства в российском уголовном праве

Право на жизнь есть естественное и неотчуждаемое право человека, оно безоговорочно признается международным сообществом (ст. 3 Всеобщей декларации прав человека 1948 г.; ст. 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (ETS № 5) 1950 г.; ст.

 6 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г. и др.). В соответствии с международным правом право человека на жизнь гарантировано Конституцией РФ: “Каждый имеет право на жизнь” (ч. 1 ст. 20).

Одним из средств обеспечения реализации права на жизнь является уголовное законодательство.

Жизнь человека охраняется нормами, включенными в различные главы УК. Помимо ст. 105-110 наказание за умышленное причинение смерти другому человеку предусмотрено статьями о посягательстве на жизнь государственного или общественного деятеля (ст.

 277), лица, осуществляющего правосудие или предварительное расследование (ст. 295), сотрудника правоохранительного органа (ст. 317), а также о геноциде (ст. 357), террористическом акте (ст. 205), захвате заложника (ст. 206) и диверсии (ч. 3 ст. 281)[5].

Однако в указанных нормах закреплены составы преступлений, основным непосредственным объектом которых являются не жизнь, а другие социальные ценности. Именно этим обусловлено размещение соответствующих норм не в разделе о преступлениях против личности, а в иных разделах УК.

Жизнь потерпевшего в составах этих преступлений является более важной ценностью, но все же признается дополнительным объектом преступления.

Следовательно, к группе преступлений против жизни нужно отнести только те, для которых жизнь человека выступает основным непосредственным объектом.

Вопросы о моментах начала и окончания жизни относятся к числу дискуссионных.

В российской науке уголовного права конца XIX – начала XX в. преобладало мнение, что начало жизни следует связывать с началом внеутробного существования младенца. Однако постепенно господствующим стало мнение, что началом жизни следует признавать хотя бы частичное отделение плода от материнского организма.

Между тем некоторыми российскими учеными предпринимаются попытки трактовать начало жизни как определенный момент развития плода еще в утробе матери и связать этот момент с началом деятельности мозга, начинающего функционировать к пятому месяцу беременности (Р. Шарапов), либо с достижением жизнеспособности плода после 22 недель беременности (А.Н. Попов).

Достаточно распространенным в отечественной уголовно-правовой науке является мнение, что началом жизни следует считать живорождение человека.

Ответ на вопрос о моменте начала жизни для целей уголовного права следует искать только в уголовном законе. В соответствии ст. 106 УК детоубийством признается убийство матерью новорожденного ребенка во время или сразу же после родов.

Иными словами, законодатель признает лишение жизни младенца в процессе родов убийством, т.е. умышленным причинением смерти другому человеку, следовательно, ставит жизнь под защиту уголовного закона с момента начала физиологических родов.

Разумеется, речь не идет об этапах процесса родоразрешения в его медицинском смысле, включающего схватки, выделение слизистой пробки, отхождение вод и собственно сам процесс изгнания плода из организма матери. Процесс родов в смысле ст.

 106 УК означает появление хотя бы какой-либо части организма младенца (обычно головки) из утробы роженицы, заканчивается он отделением новорожденного от организма матери, перерезанием пуповины и началом самостоятельного дыхания и внеутробного существования.

Умышленное умерщвление рождающегося ребенка на любом этапе этого процесса означает убийство. Эта точка зрения преобладает в современной российской науке уголовного права и соответствует действующему уголовному законодательству.

Объектом рассматриваемых в настоящем исследовании преступлений является жизнь человека как биологического существа, начинающаяся с момента начала рождения и до момента наступления смерти.

Уголовный закон в равной мере охраняет жизнь любого человека независимо от того, приобрел ли он или, наоборот, утратил статус личности как социального существа (будь то новорожденный младенец или дряхлый старец, психически здоровый или умственно неполноценный, цивилизованный человек или дикарь, законопослушный гражданин или преступник-рецидивист и т.д.).

К преступлениям против жизни относятся деяния, предусмотренные ст. 105-110 УК. Их систему образует убийство (ст. 105-108), причинение смерти по неосторожности (ст. 109) и доведение до самоубийства (ст. 110).

Убийство, в свою очередь, можно подразделить на виды: 1) “простое” убийство, т.е. совершенное без отягчающих и смягчающих обстоятельств (ч. 1 ст. 105), 2) квалифицированные виды убийства (ч. 2 ст.

 105), 3) привилегированные составы: а) убийство матерью новорожденного ребенка (ст. 106), б) убийство в состоянии аффекта (ст. 107), в) убийство при превышении пределов необходимой обороны (ч. 1 ст.

 108), г) убийство при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление (ч. 2 ст. 108)[6]. Все названные преступления, кроме причинения смерти по неосторожности, характеризуются умышленной формой вины.

Современное уголовное право России предусматривает норму о запрете посягательства на жизнь человека в четырех статьях об убийстве (ст. 105, 106, 107, 108 УК РФ), в статье о причинении смерти по неосторожности (ст. 109 УК РФ), в статье о доведении до самоубийства (ст.

110 УК РФ), а также в ряде других статей, где жизнь выступает в качестве дополнительного непосредственного объекта, а объективная сторона выражается исключительно в посягательстве на жизнь человека (см., например, ст. 205 “Террористический акт”, ст. 277 “Посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля”, ст.

317 “Посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа” УК РФ). Такой “живой” интерес к посягательствам на жизнь в уголовном законе России далеко не случаен.

Жизнь человека всегда очень строго охранялась. С принятием Конституции РФ 1993 г. впервые в текст основного закона нашей страны вошла емкая и лаконичная формула статьи 20: “каждый имеет право на жизнь”.

Сделано это было принципиально верно, поскольку жизнь – это ведь высшее благо человека как биологической особи и в то же время как существа социального: утрата жизни ничем не заменима и невосполнима. Конституционные гарантии неприкосновенности жизни реализуются в нормах главы 16 действующего Уголовного кодекса РФ.

Общественные отношения по поводу жизни выступают родовым объектом посягательств в этой главе и непосредственным объектом каждого из этих деяний, причиняющего человеку смерть.

Тот факт, что глава 16 УК РФ “Преступления против жизни и здоровья” оказалась первой в Особенной говорит о том, что в числе приоритетных задач уголовного права государство ставит защиту жизни личности.

Источник: https://help-stud.ru/diplom_kvalifikacia_ubiistv.php

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.