Как узнать на сколько посадили

Попавшие в ад. Что ждёт нарко-«закладчиков» в СИЗО и колонии

Как узнать на сколько посадили

Откровения заключённого, попавшего в колонию по статье 228 УК РФ — «Незаконные приобретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка наркотических средств».

Если из следственного изолятора убрать тех, кто сидит по обвинению «два-два-восемь», то на всю тюрьму останется человек 20-30, не больше. Эту статью, 228 УК РФ из-за ее массовости называют «народная». Когда в камеру заезжает новый сиделец, и у него спрашивают (точнее, интересуются), какая статья, он может ответить «народная», и его все поймут. — рассказывают «Новые Известия»

Я не хочу называть своего имени. Я пишу этот текст из СИЗО одного из российских городов; под арестом я пробыл уже много месяцев. Следствие в отношении меня ведется по одной из так называемых «экономических» статей. Письмо было передано через друзей. Это все, что вам нужно знать обо мне.

Когда я попал в тюрьму, то сильно удивился тому, что примерно 80-90% народа тут находятся по обвинениям в сбыте или распространении наркотических средств (статья 228.1 УК, здесь произносят «два-два-восемь). Часть из них еще ждут приговоров, часть уже осуждены и ожидают этапирования в колонии.

Сидельцев периодически переводят из одной камеры в другую (кирешуют). Из-за этого я сидел с большим количеством заключенных, достаточно доверительно общался почти с каждым из них и неплохо знаю их ситуации.

Периодически к нам заезжают «транзиты» — заключенные, которые перемещаются из одних тюрем в другие.

На нашем централе они проводят по несколько дней, ожидая этапов; от них я знаю, что ситуация в других централах России примерно такая же — около 70-80% заключенных сидят по «народной» статье.

Большинство сидельцев по «два-два-восемь» — закладчики. Это люди, которые делали закладки розничных партий наркотиков в укромные места. Они — рядовая пехота наркобизнеса, пушечное мясо, с которым никто не считается.

Закладчик прячет расфасованные наркотики в разных местах города, а затем скидывает координаты и фото этих мест своим диспетчерам или операторам.

Потребители, которые покупают наркотики в интернет-магазинах, переводят деньги на счета, указанные диспетчерами, получают как раз те самые координаты и фото, едут и поднимают закладку.

И вот, что нужно знать людям о работе закладчика — тем, кто на ней уже занят или тем, кого она может прельстить.

Первое. Сроки (в тюрьме произносят «срокá» — ударение на последний слог), которые получают закладчики, зачастую превышают сроки за убийство человека. 3-я часть статьи 228.1 (сбыт наркотиков в значительном размере либо группой лиц по предварительному сговору) — от восьми до 15 лет строгого режима.

Часть 4 той же самой статьи (сбыт наркотиков организованной группой либо в крупном размере.) — от 10 до 20 лет, 5-я часть (сбыт наркотиков в особо крупном размере) — от 15 до 20 лет. Даже самого минимального веса, всего нескольких граммов достаточно для 3-й или 4-й части.

Сам я не видел ни одного сидельца по 1-й или 2-й части (сбыт незначительного количества наркотиков и сбыт через интернет соответственно). Как правило, все получают части 4 или 5, несколько реже — 3.

Эти сроки шокируют заехавших на тюрьму закладчиков. Беспечность, с которой они согласились на эту работу, не позволила им открыть УК и прочесть несколько строчек, чтобы поинтересоваться тяжестью наказания, которое их ожидает за это занятие.

Насколько я знаю, в разных регионах страны выносят разные приговоры — в так называемых «мягких» регионах закладчики получают по семь-девять лет, в других — 12-16 лет. Действительность такова, что сроку в семь лет осужденный будет безмерно рад.

Срок в четыре-пять лет, что бывает крайне редко — это «настоящий подарок судьбы» и «второй шанс в жизни».

Вся работа адвокатов, на которых уходят последние деньги родственников, сводится к протаскиванию «тридцатки» и «скощух» — статей 30, 61 и 64 УК РФ, которые дают скидку к сроку. Его также можно существенно снизить (до, например, 4-5 лет) через «досудебку» — заключение досудебного соглашения.

В этом случае следствию сдаются подельники, товарищи, коллеги по занятию или же пока не найденных тайников с партией наркотиков. Никакая дружба, никакие ранее даваемые друг другу обещания не устоят перед перспективой получить вместо 15 лет пять.

Говорят, что сдача подельников, мягко говоря, дорого обходится уже в колониях, на лагерях, но доподлинно об этом я почти ничего не знаю.

Кроме того, для получения относительно приемлемого срока (ниже низшего предела) обязательно нужно быть «в сознанке» — сотрудничать со следствием, полностью признать вину, все рассказать, ничего не скрыв.

Все без исключения сидельцы, с которыми общался я лично, были «в сознанке».

Об этом сразу говорят и адвокаты, — объем, тяжесть и неопровержимость улик против обвиняемого, как правило, таковы, что отрицать преступление просто глупо — все равно посадят, но в случае «несознанки» дадут очень серьезный срок.

Я сидел с одним наркоманом, который «просох» только в тюрьме. При всем своем многолетнем стаже употребления он рассуждает довольно здраво. Он говорит: «Я нигде не работаю, и, чтобы употреблять, мне нужны деньги, поэтому я постоянно ворую. Обкрадываю большие сетевые магазины, выношу спортивную одежду и обувь, парфюмерию и дорогой алкоголь.

И я знаю, что если меня не поймают сегодня, то я буду с деньгами и смогу уколоться. А если поймают, то я заеду на тюрьму по краже, и даже близко никогда не подойду к 228». И действительно, сейчас он уже на свободе.

Другой человек клял судью, который год назад впаял ему за какую-то ерунду два года условного срока: «Сейчас я бы мотал ту двушку, а теперь вот жду десятку, да еще и с трамплином» (имеется в виду непогашенный условный срок.).

Второе, что шокирует только что заехавших по «два-два-восемь» — то, как их поймали. Только после общения с товарищами по несчастью они осознают, что шансов остаться непойманными у них было не больше, чем выиграть миллион в лотерею. В первую очередь, многих сдают сами магазины.

По рассказам людей, знающих систему изнутри, у магазинов есть чуть ли не план по сдаче закладчиков полиции. Одни и те же магазины работают годами, а закладчики, работающие на них, исправно заезжают в тюрьмы чуть ли не пачками. Кто-то попадается, что называется, по воле случая.

Если вы закладчик, то, как правило, при вас очень часто есть «вес», а это значит, что при первой же проверке патрулем ППС вас поймают. Будьте уверены, что испуг или беспокойство при банальной проверке документов вас сразу выдадут. Некоторых ловят через реальные спецоперации — с видеозаписью, слежкой и прочими мероприятиями.

Тех, кто работает по старинке, не через интернет, ловят через контрольные закупки, которые делают снаряженные камерами и микрофонами наркоманы.

Вывод тут такой: вопрос, поймают вас или нет, не стоит вообще. Вопрос только в том, когда это случится. Те, кого я знаю, проработали от двух дней до 4-5 месяцев.

У некоторых может возникнуть вопрос — можно ли откупиться? Говорят, что иногда, на самых ранних стадиях и далеко не при любых обстоятельствах — можно. По неподтвержденным слухам, стоит это очень дорого. Закладчик столько и близко не зарабатывает.

Кстати, о заработках. Нужно понимать, сколько на этой работе можно заработать. Я много раз слышал о расценке в 300 рублей за одну закладку, хотя знаком и с молодыми дурачками, которые подрядились за цену вдвое меньшую.

Их, кстати, и приняли на второй день, свои сроки они еще не получили. Если вы будете делать три-пять закладок в день, то заработки будут сопоставимы с самой обычной низкоквалифицированной работой.

Если же вы будете делать по 20-30 закладок в день, то при вас всегда будет большой вес, а вероятность быть пойманным возрастет многократно, и вы вряд ли дотянете даже до двухмесячного стажа.

Кроме того, для работы нужен депозит — деньги, которые вы должны отправить магазину, чтобы магазин не боялся, что вы его кинете. В общем, рисковать лишением свободы на такие сроки за такие деньги — несусветная глупость.

Только ли закладчики сидят по 228-й? Нет, не только. Вы должны знать, что угостить кого-то — это распространение; поднести, передать, перевезти — это распространение, перевозка или хранение, подержать, похранить у себя — это хранение или незаконченный сбыт. И за все это вы получите срок, сопоставимый или превышающий срок за убийство человека.

Как же становятся закладчиками? В 1832 году великий француз Оноре де Бальзак в одном из своих очерков написал: «Они захотели работать честно. Работы нет. Они захотели работать бесчестно. Работы сколько угодно».

Основная цель нанимателей — создать ложную иллюзию относительной безопасности. Некоторые магазины обещают юридическую поддержку или то, что «там все схвачено», быстро вытащат и прочее. Это откровенная ложь.

Никто не будет даже беспокоиться о попавшемся закладчике, а уж тем более тратить сотни тысяч на адвокатов и прочие «решения вопроса».

Иллюзию безопасности создает и переписка в нечитаемых мессенджерах. Закладчик напрасно думает, что это как-то ему поможет — практика показывает, что их ловят не так.

Конечно, у обычного человека не уложится в голове — как можно получить 12 лет за работу, объявления о которой совершенно спокойно всплывают в рекламе в интернете или приходят в спам-рассылках.

Еще, конечно, у каждого есть уверенность, что с ним этого не произойдет, что тюрьма — это вообще не про него, и что ни по каким законам мироздания он не сможет оказаться в тюрьме.

И действительно, кто может сейчас представить себя в робе и в строю?

Тем не менее, это более чем реальная перспектива. Берегите себя. Не делайте глупостей. Подумайте о своих матерях.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter

Источник: https://56orb.ru/news/society/19-10-2017/popavshie-v-ad-chto-zhdyot-narko-zakladchikov-v-sizo-i-kolonii

Административный арест отбывают в спецприемниках. Как это устроено? — Meduza

Как узнать на сколько посадили
Впервые эти карточки мы опубликовали весной 2017 года. В новой версии мы изменили заголовок и обновили статистические данные.

Нет, не совсем.

Административный арест — вид наказания, который назначается за некоторые административные правонарушения (не путать с уголовными преступлениями).

По закону назначаться он должен в исключительных случаях, когда другие виды наказания (например, штраф) судья считает недостаточными. Отбывают административный арест не в тюрьмах, а в специальных учреждениях — спецприемниках.

Да, частая. По данным судебного департамента при Верховном суде, за 2017 год суды первой инстанции назначили чуть больше миллиона административных арестов. Примерно половину из них — за невыплату штрафов и за появление в пьяном виде в общественном месте. Еще одна популярная статья — мелкое хулиганство.

Да, в целом мягче. В частности, там ничего не заставляют делать: не нужно выполнять никакие работы по заданию начальства, не считая ежедневной уборки камеры.

Гражданская активистка Надежда Митюшкина, отбывавшая 10 суток в 2014 году, рассказала «Медузе», что в спецприемнике много спала и читала, потому что там нет правил, которые не позволяют ложиться на кровать в течение дня.

Олег Богданов, осужденный к 10 суткам в 2016 году за пикет в поддержку Надежды Савченко, признался, что отсутствие работы даже может стать проблемой — «тоска зеленая».

Нет, приносить телефоны, планшеты и компьютеры в камеру нельзя. Звонить по телефону можно — стационарному или собственному, — но только в определенное время дня под присмотром сотрудника спецприемника.

Все остальное время мобильные телефоны хранятся на складе вместе с другими вещами арестованного. Если у человека есть зарядка (родственники принесли или была с собой), ее должны выдавать на время звонка.

Запрещено все, что не разрешено. Список разрешенных продуктов и вещей, которые можно брать в камеру, изложен в правилах (см. приложение № 11). В камере можно хранить еду (кроме скоропортящихся продуктов и тех, что требуют тепловой обработки, вроде супов и каш в пакетиках) и питье (кроме алкоголя).

Павел Кузнецов, отбывавший семь суток ареста в 2014 году, вспоминал в разговоре с «Медузой», что не позволялось также проносить продукты, которые можно было накачать алкоголем с помощью шприца, например апельсины.

Впрочем, все, с кем мы говорили, отметили, что многое зависит от ваших отношений с сотрудниками: иногда они не слишком строго относятся к правилам.

Кипятильниками и чайниками пользоваться нельзя — Кузнецов рассказал, что они с сокамерниками приносили из столовой пластиковые бутылки с кипятком, заворачивали их в одеяло и таким образом могли заваривать чай из пакетиков.

Помимо еды и питья в камере можно хранить одежду, часы, книги, бумагу, карандаши и ручки, настольные игры, фотографии, средства гигиены.

По-разному. В самых маленьких камерах могут размещаться два-три человека, в больших — 15–20. Иногда случается так, что человек несколько суток сидит в небольшой камере один, а соседние койки просто пустуют. По словам собеседников «Медузы», которые отбывали административные аресты, конфликты с сокамерниками — редкое явление. Вот как описывает отношения в камере Олег Богданов:

«Отбросьте стереотипы с воли против пьяниц, воров, „асоциальных“ типов — вам с ними жить на сутках. Просто стройте отношения исходя из текущего общения.

Можно быть уверенным, что в общем там люди „в себе“ и не станут рассказывать про себя вещи, от которых будет другим противно, и не будут поднимать неоднозначные темы.

Несмотря на то что там будет часть не новичков по суткам и даже по зоне, для большинства из них эта обстановка довольно некомфортна. Так что в целом скорее там сравнительно „позитивная“ обстановка, направленная больше на совместное выживание».

Нет, на кроватях с металлическим корпусом. Поверх металлической сетки или досок стелют матрас. Постельное белье можно использовать личное, если вам его передадут родственники.

«Туалет устроен в виде, извините меня, очка», — вспоминает Надежда Митюшкина. Это небольшое возвышение в углу камеры с дыркой в полу посередине. В некоторых изоляторах человека скрывает очень маленькая дверь, в других арестованным приходилось самим сооружать штору из наволочек или простыней.

По словам Митюшкиной, у них на туалет была направлена камера видеонаблюдения (такие камеры есть везде — это предусмотрено законом).

В душ водят раз в неделю, и это, по воспоминаниям оппозиционного политика Ильи Яшина, довольно тяжелое испытание: «Особенно тяжело летом, когда жарко и все потеют. Но если у вас нормальные отношения с сотрудниками, они могут вам разрешать ходить в душ чаще раза в неделю».

Кормят три раза в день. По воспоминаниям бывших арестованных, вкусной еду назвать никак нельзя, но с голоду никто не умирает. Особенно если родственники приносят передачи. Олег Богданов пишет, что еда из передач (как и сигареты) по традиции находится в общем пользовании.

Да, прогулки есть. По правилам — не менее часа в день. Гулять водят во дворик, который сверху закрыт сеткой. Курить можно не только на прогулке, но и в камере. Если вы не курите, надо попросить перевести вас в камеру для некурящих — как правило, с этим не возникает сложностей.

Любое лишение свободы — испытание. Да, 10 суток в спецприемнике, безусловно, проще, чем месяц в СИЗО. Но спецприемники попадаются разные. Если в московских, по словам бывавших там людей, условия более или менее сносные, в регионах все может быть иначе.

Националист Анатолий Болтыхов отбывал арест в 2015 году в Волгограде. По его словам, в спецприемнике было много клопов и вшей.

Илья Яшин рассказал «Медузе», что в 2010-м в спецприемнике на Симферопольском бульваре в Москве было огромное количество тараканов; правда, потом их все-таки вывели.

Александр Борзенко

Автор благодарит сотрудников проекта «ОВД-Инфо» за помощь в подготовке материала

Источник: https://meduza.io/cards/posle-aktsiy-26-marta-mnogih-otpravili-pod-administrativnyy-arest-kak-eto-ustroeno

Дп №2. найм. как по паспорту определить сидел человек в тюрьме или нет

Как узнать на сколько посадили
?

Дневник предпринимателя и любителя Оружия
hilazhev
2015-12-09 01:12:00 Categories: На днях у меня спросили, много ли воруют наши сотрудники. На что ответил, что скорее всего не воруют вообще. На сегодняншний день недостачи на точках ничтожно малы по отношению к выручке. Но так было не всегда. Считается, что воровство в общепите – норма.

2,5 года назад с этим утверждением мы могли согласился, поскольку после первой ревизии только по мясу недостача составляла более 200 кг. Тогда у нас была несовершенная система учета и не было понимания как правильно формировать штат. Большинство знакомых предпринимателей от общепита, нам говорили, что бороться с воровством на кухне невозможно. Воровать будут несмотря ни на что.

И с этим фактом нужно просто смириться. Нас такое положение дел не устраивало. Мы верили и верим в два принципа:

  1. работодатель не должен потворствовать воровству, а для этого должна быть выстроена многоуровневая система учета;
  2. порядочных людей больше чем жуликов, нужно лишь научиться отделять первых от вторых.

Мы сделали работу над ошибками и решили выстроить такую систему учета, которая с одной стороны будет тотально контролировать товарные запасы и остатки, а с другой отладить сложную, многоуровневую систему подбора персонала, которая не даст воровайкам и жуликам устроиться к нам на работу.

Заслуга выстраивания системы тотального учета сырья и товарных остатков в эко фастфуде Green Plate принадлежит моему партнеру Марие. На этот очень сложный вопрос, у нас ушло долгих 2 года.

Ответственным за разработку принципов подбора персонала, который с большой долей вероятности не будет воровать, был я. Поскольку данный вопрос мне известен на все 100% и он может быть интересен широкому кругу лиц, тезисно готов его раскрыть на страницах данного журнала.
Сделаю оговорку, что если бы не семилетний опыт работы в области привлечения финансирования для юр. лиц, в сжатые сроки разработать систему проверки соискателей мы бы не смогли. Но опыт был и был полный инструментарий для проверки. Любая сделка по привлечению финансирования у нас начиналась с проверки деловой репутации учредителей и подписантов. Речь не идет о психологических тестах, речь идет об инструментах, которые можно реально потрогать или посчитать. И одним из таких инструментов является… паспорт гражданина Российской Федерации.
Как бы это странно не звучало, но именно паспорт гражданина РФ может сообщить о своем владельце не только общеизвестные паспортные данные, но и о том сидел человек в тюрьме или нет. И делается это очень просто. Все что нужно, это взять паспорт в руки и посмотреть на просвет фотографию владельца.
У тех граждан, кто не сидел в тюрьме, на просвет можно увидеть две полоски вшитые в фотографию. У тех кто сидел – одну. Если прояндексировать или погуглить словосочетание «две полоски в паспорте» можно найти массу затейливых конспирологических теорий, ни одна из которых не выдерживает критики

Источник: https://hilazhev.livejournal.com/890.html

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.