Как проходят свидания в сизо 1

Свидание в СИЗО с подзащитным

Как проходят свидания в сизо 1

29 января 2018 г.

Недавно Квалификационная комиссия и Совет Адвокатской палаты г. Москвы признали дисциплинарным проступком действия адвоката Д., которая на свидании со своим подзащитным, содержащимся под стражей, получила от него тетрадь с записями и вынесла ее за пределы следственного изолятора. Адвокату было объявлено предупреждение. Дисциплинарное дело Д. вызвало неоднозначную реакцию в профессиональном сообществе.Но при написании данной статьи мной движет в первую очередь не желание полнее развернуть мотивировку заключения КК и решения САП Москвы – данный дисциплинарный сюжет заставляет вновь системно проанализировать гарантии конфиденциальности общения адвоката с подзащитным в следственной тюрьме.

Так переписка или не переписка?

Обеспечение конфиденциальности сведений, сообщенных адвокату его клиентом, является необходимой составляющей права пользоваться профессиональной юридической помощью и предусматривается в качестве одного из основных прав человека в целом ряде международно-правовых актов.

В полном соответствии с ними отечественное законодательство закрепляет право всех лиц, задержанных и заключенных под стражу, иметь свидание с защитником наедине и конфиденциально – как в УПК РФ (п. 3 ч. 4 ст. 46; п. 9 ч. 4 ст. 47), так и в Федеральном законе «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых» (ст. 18) (далее – Закон).Но в последнем Законе имеется также ст.

20 «Переписка», редакция которой сохраняется неизменной с момента его принятия в 1995 г. Она-то и стала, и не перестает быть проблемной для обеспечения конфиденциальности свиданий адвоката с подзащитным.

Статья эта, обязывая администрацию места содержания под стражей проверять всю переписку подозреваемых, обвиняемых, не содержит ограничений на цензуру корреспонденции, адресованной защитнику.Сразу же обнаружились расхождения в толковании данной статьи адвокатами и сотрудниками следственных изоляторов.

Представители адвокатского сообщества исходили из того, что достижение цели свиданий – выработки позиции защиты по уголовному делу – предполагает форму не только устного консультирования, но и письменного общения – обмена проектами процессуальных документов, показаний, допросов свидетелей и экспертов, вопросов привлекаемым специалистам, ходатайств, заявлений и т.п.

Следовательно, ст. 20 не распространяется на адвокатов и они не входят в категорию «иных лиц», с которыми, наряду с родственниками, подозреваемым и обвиняемым разрешается вести подцензурную переписку.Для сотрудников ФСИН абсолютно приоритетна иная цель – обеспечить изоляцию и предотвращение правонарушений в местах содержания под стражей.

А в этом нет полной уверенности, если не знакомиться с записями заключенного, который тот передает защитнику. Посему никакой привилегии за адвокатами не признавалось и они рассматривались как «иные лица» или «лица, находящиеся на свободе» (ст. 32 Закона).

Длительное время какое-либо авторитетное – аутентичное или судебное – толкование проблемной нормы отсутствовало, и шло «перетягивание каната»: адвокаты, ссылаясь на профессиональную тайну, отказывались показывать администрации изолятора записи подзащитных, та обращалась в адвокатские коллегии, затем в палаты, требуя наказания «нарушителей», ну, а по резонансным делам, тем более с политической подкладкой, адвокаты досматривались, тексты прочитывались и изымались. Несмотря на то что критика ст. 20, как не согласующейся с конституционным правом каждого задержанного или заключенного под стражу пользоваться помощью адвоката и международными нормами о правах человека, все настойчивее зазвучала в научной литературе и со стороны ЕСПЧ (постановление от 9 октября 2008 г. по делу «Моисеев против России», § 248), реальная надежда обрести определенность в вопросе конфиденциального общения адвоката с подзащитным появилась только в связи с принятием КС РФ к рассмотрению жалоб граждан Д.Р. Барановского, Ю.Н. Волохонского и И.В. Плотникова о проверке конституционности положений ст. 20 и 21 Закона.Увы, полной ясности постановление КС от 29 ноября 2010 г. № 20-П по данному делу в понимание проблемной нормы не внесло. Более того, породило новые сложности в ее применении.

Дали и тут же отняли

КС фактически установил рассогласованность ст. 20 Закона с конституционным правом на квалифицированную юридическую помощь, но не признал противоречащей Конституции РФ, сделав итоговый вывод о необходимости применять ее в соответствии с выявленным в своем постановлении конституционно-правовым смыслом.

Эта позиция в данном случае была явно недостаточной.

Опираясь на предписания Конституции РФ, Конвенции о защите прав человека и основных свобод, международные обязательства Российской Федерации, с учетом практики Европейского суда по правам человека, КС разъяснил, что «цензура переписки подозреваемых и обвиняемых, содержащихся под стражей, с избранными ими адвокатами (защитниками) может иметь место лишь в исключительных случаях (выделено мной. – Г.Р.), при наличии у администрации места содержания под стражей обоснованных подозрений в злоупотреблении правом со стороны адвоката и в злонамеренном его использовании со стороны лица, которому оказывается юридическая помощь».

Однако это давно ожидавшееся разъяснение КС было перечеркнуто им же буквально в следующей фразе: «Что касается переписки подозреваемых и обвиняемых, содержащихся под стражей, с адвокатами, которая осуществляется с нарушением порядка, установленного названным Федеральным законом и предусматривающего, что любая переписка указанных лиц – как подлежащая, так и не подлежащая цензуре – осуществляется только через администрацию места содержания под стражей, то в случае выявления такого нарушения соответствующая корреспонденция безусловно должна подвергаться цензуре (выделено мной. – Г.Р.), поскольку ее адресатами (или получателями) могут быть лица, содержащиеся в учреждениях, исполняющих наказание, переписка с которыми осуществляется только с разрешения лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, либо родственники и иные лица, переписка с которыми подлежит цензуре».

Здесь возникает серия вопросов. Прежде всего привлекает внимание легкость, с которой КС превратил переписку адвоката с подзащитным, подлежащую цензуре только в исключительных случаях, в сплошь подцензурную по одному лишь факту их непосредственного письменного общения на свидании.

Во-вторых, для чего администрации интересоваться перепиской, если отсутствуют обоснованные подозрения в ее злонамеренном использовании?В-третьих, зачем адвокату, к которому в ходе свидания сотрудниками СИЗО не предъявлялось никаких претензий, информировать их о том, что общение с подзащитным проходило не только в устной, но и письменной форме?Далее, какая полезная цель достигается – особенно с учетом специфики уголовного судопроизводства с его процессуальными сроками, нередко пресекательными, – если на письменные сообщения обвиняемого по уголовному делу распространить порядок, предусмотренный ст. 21 Закона для «предложений, заявлений и жалоб», рассматриваемых администрацией и направляемых по принадлежности не позднее трех дней с момента их подачи?Наконец, постановление КС не устранило неопределенности в понимании понятия «переписка». Совсем не очевидно, что она охватывает получение адвокатом подписи подзащитного на внутренних документах адвокатского образования (соглашениях, отчетах, счетах), обеспечивающих оказание юридической помощи.Из сказанного следует, что одно только формальное расхождение письменного общения на свидании в СИЗО с правилами, содержащимися в ст. 20 Закона, даже в ее нынешнем конституционно-правовом истолковании, само по себе не обязательно должно влечь признание в действиях адвоката состава дисциплинарного проступка. Оценка поведения адвоката с позиции п. 1 ст. 10 Кодекса профессиональной этики адвоката – «закон и нравственность в профессии адвоката выше воли доверителя» – требует при рассмотрении дисциплинарного производства учета конкретных обстоятельств происшествия.

Дисциплинарка адвоката Д.

Признание в действиях адвоката Д. этического нарушения обусловили два обстоятельства.

Первое. Характер обвинения подзащитного – террористический акт (ст. 205 УК РФ). В оценке данного обстоятельства КК и САП руководствовались подходом и стандартами ЕСПЧ (далее – Суд).

Отстаивая право адвоката на конфиденциальное общение с клиентом, находящимся под стражей, Суд все же допускает некоторые ограничения их контактов по делам о терроризме и организованной преступности (наркотики, оружие).

Эти ограничения не должны быть чрезмерными, лишающими заключенного самой возможности получить эффективную юридическую помощь, но в то же время могут диктоваться не только установленными фактами злоупотреблений со стороны защиты, а, как выразился ЕСПЧ, «следовать из природы обвинения против него» (постановление от 25 июня 2013 г. по делу «Ходорковский и Лебедев против России», § 628).

В другом пункте данного постановления (§ 641) Суд обосновывает свой вывод о неоправданности вмешательства властей в конфиденциальность общения заявителей с адвокатами в том числе и тем, что они «не были крайне опасными (преступниками), чьи методы и признаки совпадают с террористическими».

В постановлении от 5 июня 2001 г. по делу «Эрдем против Германии» Суд признал правомерным и не противоречащим Конвенции контроль, который был установлен за перепиской заключенного, обвиняемого в терроризме, со своим адвокатом.

Суд согласился с тем, что в данном случае исключение из общей нормы о конфиденциальности корреспонденции между заключенным и защитником оправдывалось «опасностью терроризма в любой его форме».

При этом была принята во внимание ограниченность введенного контроля: заключенному запрещалось передавать защитнику письменные материалы, но он мог свободно общаться с ним в устной форме и доводить до его сведения любую информацию.

Второе.

Блокнот, переданный обвиняемым защитнику, содержал записи не только на русском, но и на иностранном (узбекском) языке, которым адвокат Д. не владела. Объяснения, что это была выдержка из Корана, КК и САП сочли неубедительными.

При таких обстоятельствах Совет посчитал, что у него нет оснований разойтись в оценке данного дисциплинарного производства с подходом ЕСПЧ к ряду дел с обвинениями в терроризме.

Перспективы

ЕСПЧ и КС РФ постоянно подчеркивают, что задачи национального законодательства – обеспечивать должный баланс между защитой индивидуальных прав и публичных интересов. Выявив дефектность ст. 20 и 21 Закона о содержании под стражей, но не признав их неконституционными, КС тем не менее в своем постановлении (п. 2.

3) прозрачно намекнул федеральному законодателю на желательность коррекции этих статей именно для закрепления такого разумного баланса конституционно значимых ценностей, конкурирующих прав и законных интересов.

Но указанные статьи продолжают существовать в первозданном виде, предусмотренный ими порядок переписки с отсутствием указания на привилегированный характер материалов защиты легитимизован КС. Не считаться с этим адвокатское сообщество не может. Создать единый алгоритм действий адвоката для сохранения тайны письменного общения на тюремном свидании затруднительно.

Но некоторые рекомендации на сей счет рискну высказать.Ныне существует практически полная привилегия для записей по уголовному делу самого адвоката. Вот почему общее правило – это вынос адвокатом из стен СИЗО только текстов, выполненных собственной рукой. Рука заключенного должна присутствовать в случаях действительной необходимости.

К ним, как представляется, относятся: а) подпись на соглашении об оказании юридической помощи, заключаемом самим подзащитным; б) одобрение условий соглашения на защиту, заключенного иным лицом; в) подписание счета о выполнении адвокатом работы для выплаты вознаграждения; г) отказ от обжалования приговора и иных судебных решений; д) соображения по сложным юридически и фактически делам – экономическим и иным, связанным со специальными познаниями, – где обвиняемому принадлежит ведущая роль в разработке позиции защиты.Как выше отмечалось, совсем не очевидно, что первые четыре сюжета подпадают под понятие «переписка». С учетом выявленного в постановлении КС конституционно-правового смысла ст. 20–21 Закона, полагаю, что нуждается в толковании содержащийся в них текст «переписка через администрацию места содержания под стражей». Вряд ли для привилегированных материалов защиты он должен пониматься только как пересылка в запечатанных конвертах. В случае если сотрудники следственного изолятора, не имея никаких оснований подозревать адвоката в злоупотреблении правом на защиту, из чистого любопытства вдруг поинтересуются, не выносит ли он какие-либо записи заключенного, вполне разумно устно проинформировать администрацию о наличии составляющих адвокатскую тайну материалов.

Словом, думаю, здесь есть пространство для работы Совета ФПА и Комиссии по этике и стандартам. Презумпция добросовестности адвоката должна укрепиться в законодательстве и правоприменении.

Источник: https://fparf.ru/polemic/opinions/svidanie-v-sizo-s-podzashchitnym/

Регистрация брака с осужденным в 2020 году

Как проходят свидания в сизо 1

Обновление статьи: 9 октября, 2020

Сергей Владимирович. Юрист

Из этой статьи вы узнаете какие трудности ждут вас при регистрации брака с осужденным или находящимся под следствием человеком. Также вы узнаете сколько денег вам придется заплатить, суммы будут гораздо выше.

Порядок регистрации

Если заключенный или осужденный хочет заключить брак, ему придется соблюдать правила:

  1. Заполнить часть заявления он должен в присутствии нотариуса. Чтобы пригласить его в колонию или СИЗО, получите разрешение от начальника этого учреждения. После того как нотариус заверит документы, заявление передается второму супругу.

    Услуги нотариуса и госпошлину молодожены оплачивают самостоятельно, общая сумма составляет 3000-5000 рублей.

  2. Только после этого невеста обращается в загс для получения бланка на своё имя. Это правило установлено в Приказе Минюста РФ № 189. Также бланк можно получить у начальника колонии, если желание вступить в брак поступило от заключенного.
  3. Сама процедура бракосочетания будет проходить в отдельной комнате на территории тюрьмы или СИЗО. Второму супругу и нотариусу нужно получить пропуск, иначе их не пропустит охрана.
  4. Помните, что не получится пригласить гостей, так как это заведение закрытого типа со строгим контролем и пропускным режимом. В исключительных случаях разрешают пригласить двух гостей. Сама процедура длится 15-30 минут. Помните, что кольца и другие металлические предметы запрещено носить в местах лишения свободы.
  5. Если жених или невеста отбывает наказание в карцере, тогда придется переносить дату свадьбы. После регистрации брака, руководство колонии или сизо дает свидание заключенному на одни сутки.

Какие нужны документы

Не забывайте взять с собой документы, желательно еще иметь их копии:

  1. Самое главное, конечно взять паспорта жениха и невесты.
  2. Свидетельство о расторжении брака тоже можно взять, если раньше кто-то из молодоженов состоял в официальных отношениях.
  3. Если вы приехали из другого города больше чем на 3 дня, тогда вам может понадобиться временная регистрация. Также подойдут и другие подобные документы, например чеки об оплате гостиницы.
  4. Если жених или невеста моложе 18 лет, тогда нужно взять с собой разрешение на вступление в брак. Обычно его выдает администрация города.
  5. Часто в тюрьмах регистрируются браки между гражданами разных стран. В этом случае нужно взять документы с нотариальным переводом.
  6. Кроме того, придется оплатить госпошлину в размере 350 рублей, причем сделать это нужно будет через обычный банк. С бланком, который выдаст кассир нужно приехать к колонии или сизо и показать документы начальнику. Иначе вообще ничего не получится и придется возвращаться обратно. Повезет, если рядом будет какое-нибудь отделение, но чаще всего колонии находятся далеко от города.

Вообще будьте готовы к усиленной проверке и контролю на всех этапах. Нотариуса можете встретить заранее и приехать вместе с ним на одной машине. Так будет удобнее, чтобы не тратить лишнее время.

Увольнение после брака с осужденным

Нередко бывают случаи, когда сотрудницы, которые работают в колонии влюбляются в заключенных и хотят создать с ними семью. Это допускается, но также придется получить разрешение у администрации и начальника исправительного учреждения.

На днях сотрудница, которая работает помощником у губернатора, рассказала, что хочет поехать в тюрьму к мужчине, с которым она переписывается уже 2 года.

Интересовалась, можно ли ей будет зарегистрировать отношения. Также её очень волновало, могут ли ей на работе запретить или уволить после свадьбы. Мы объяснили, что в законе нет никаких ограничений на замужество с заключенными. Работодатель тоже не имеет право увольнять.

Недавно задали вопрос, можно ли скрыть от работодателя тот факт, что была свадьба с заключенным. Если вы не брали его фамилию и не меняли паспорт, тогда нет необходимости всем рассказывать об этом. Конечно, если руководство сделает соответствующие запросы, тогда всё раскроется. Попросите отпуск за свой счет или выходные, достаточно будет одной недели.

Будьте аккуратны: компании сейчас проверяют всех родственников на судимость.

Конечно, по этой причине вам директор не откажет в устройстве, а скажут, что у вас недостаточно навыков и опыта. Как бы грустно это не было, но никто не разбирается за что именно сидит ваш супруг, правильно ли проходило следствие и так далее. Кандидатов на любую работу очень много, особенно в кризис, вам всегда найдут замену.

Была недавно история с женщиной из Краснодарского края, она работала в пенсионном фонде. Тоже решила выйти замуж за мужчину, который отбывал наказание в колонии недалеко от города. До пенсии ей оставалось всего 6 месяцев.

В итоге сразу после свадьбы, руководство узнало и уволило её. Сейчас пенсия в 3 раза меньше чем должна была быть. Заранее подумайте, готовы ли вы идти на такие риски.

Рекомендации

Возьмите с собой на всякий случай дополнительные деньги, если потребуется заверить еще какие-либо документы.

Ну и конечно помните, что вам не доступны средства интернета и сайта госуслуг. Кроме того, не получится провести и ускоренную процедуру без предварительного согласования с руководством колонии.

Помните важный момент, если вы зарегистрируете отношения с осужденным, это может повлечь проблемы в дальнейшем для вас и ваших детей. Скорее всего не получится устроиться на государственную службу, в банки и другие крупные компании.

Во всех этих учреждениях есть служба безопасности, которая проверяет кандидатов и их супругов. Детей могут не принять на военную службу по контракту, если возникнет такое желание.

Чаще всего идут на такой союз для того, чтобы было проще получать свидания. К тому же такой брак даст право второму супругу не давать показания на осужденного, так как они будут состоять в родственных отношениях. А по закону вы имеете право не свидетельствовать против близких родственников.

Некоторые волнуются — можно ли оформить отношения не по месту регистрации. Можно, никаких запретов на этот счет нету. К тому же колонии располагаются по всей стране и вероятность того, что ваш избранник будет отбывать наказание рядом с вашим домом, минимальна.

Бывают истории, когда в России отбывают наказание граждане из других стран, например из Украины или Белоруссии.

В таком случае зарегистрировать брак с осужденным будет еще сложнее, так как здесь фактически будет брак с иностранцем. Кроме заверения документов у нотариуса придется обратиться в консульство и заверить справки у них.

Еще нужно получить документ, который гарантирует, что ваш избранник не состоял раньше в отношениях с другой женщиной.

Если всё же получится договориться о длительном свидании после свадьбы, тогда вам могут выделить 1 или 3 дня в отдельной комнате. Не забудьте взять с собой вещи, постельные принадлежности, средства гигиены.

Одна девушка спросила, что будет если выйти замуж за осужденного, которому сидеть еще 5 лет. При этом она хочет купить квартиру и машину в это время, так как у неё хорошая работа.

Но её волнует, будет ли это имущество считаться совместно нажитым и будет ли оно делиться при разводе. Однозначного ответа тут дать нельзя, скорее всего будет. Особенно если заключенный будет переводить её свою зарплату, и всё это будет документально подтверждено.

Еще одной трудностью на пути к браку может стать старый, испорченный или потерянный паспорт. А такое происходит очень часто. Придется как-то восстанавливать документы, писать запросу руководству колонии или СИЗО.

В практике были случаи, когда мужчина хотел пожениться сразу на двух девушках одновременно. Они приезжали к нему по очереди, присылали передачи, писали письма.

С одной из них он сумел зарегистрировать брак, а вот с другой не получилось. От него требовали свидетельство о расторжении предыдущего брака, а его конечно же не было.

Если имущество, например квартира или машина были куплены до брака, тогда ваш супруг не имеет на них никаких прав. В случае развода или после выхода из колонии он не сможет их продать.

Обязательно скачайте:

Образец заявления на регистрацию брака Образец квитанции на оплату госпошлины

Источник: https://zakonznaem.ru/semeinoe/brak/registraciya-osuzhdenniy.html

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.